alex54sar (alex54sar) wrote,
alex54sar
alex54sar

Categories:

Зачем СМИ ссорят Россию и Белоруссию.

Разбор мифов об энергетике соседей. Окончание.

Борис Марцинкевич

В мае 2020 года на площадку Белорусской АЭС была доставлена партия ядерного топлива, предназначенная для первой загрузки в первый из энергоблоков. Наступил один из самых ответственных этапов возведения АЭС, идут последние испытания и проверки, напряженно работают специалисты не только Росатома, но и инспекторы белорусского Госатомнадзора.

Жёсткая риторика вокруг лёгкой нефти

Соседей у Белоруссии не так много – Литва, Латвия, Украина и Польша. Все четыре государства, как на подбор – специалисты по русофобской политике, их руководители и политики вот уже много лет в первых рядах изобретателей санкций, направленных против России, против российско-европейских энергетических проектов. Но географию и политическую карту не выбирают, для Белоруссии именно этот квартет является единственно возможным рынком сбыта «атомной» электроэнергии. «Детский» вопрос: удастся ли Минску обеспечить себе долгосрочные экспортные энергетические контракты, если Белоруссия будет аккуратно, без сучка и задоринки, выполнять все договоренности по созданию Союзного государства, а Александр Лукашенко и Владимир Путин будут под камерами телевидения демонстрировать полное взаимопонимание и дружеские отношения? И Александр Григорьевич начал практически копировать тексты прибалтийских и польских соседей – про «независимость в опасности», про «Россия вмешивается в наши дела, кое-кто желает нас подчинить», и так далее, и тому подобное. Для того, чтобы все видели, что «слова не расходятся с делами», началась операция с закупками нефти от третьих поставщиков – для демонстрации того, что Белоруссию никак не могут устроить премии российским поставщикам. Мы принялись пересчитывать, насколько дороже обходится нефть белорусским НПЗ, поставленная морем в литовский порт Клайпеда с дальнейшей перевалкой десятками железнодорожных составов.
Но уже к середине июня при внимательном рассмотрении стала отчеёливо видна характерная особенность этих «сторонних поставок». Из Азербайджана в Белоруссию поставляется нефть сорта Azeri light, Саудовская Аравия поставила Arabian light, из Штатов – нефть сорта Bakken, относящаяся опять же к лёгким сортам. Такая нефть не дороже и не дешевле, чем Urals, поставляемый по магистральному нефтепроводу «Дружба» - нефти лёгких сортов «в трубе» нет и никогда не было. Не вдаваясь в подробности, напомним основные особенности первичной переработки нефти на НПЗ. Лёгкие сорта дают повышенный выход бензинов разных марок и керосина, тяжелые сорта – дизельного топлива, мазута и гудрона. Любой НПЗ работает в оптимальном режиме, когда у него имеются и лёгкие, и тяжёлые сорта – такой «микст» обеспечивает максимально широкий ассортимент конечной продукции. С учетом карантинных мер против COVID-19 в Европе возможность оперативно переходить на выпуск тех видов топлива, у которых имеется хоть какой-то сбыт, была еще важнее. Россия поставляла на белорусские НПЗ и свой экспортный легкий сорт Siberian light – железной дорогой из регионов добычи. Белорусские нефтяники от этого были не в восторге – пусть отсутствуют экспортные пошлины, но тариф РЖД он и есть тариф РЖД. Грустным взглядом провожал составы с сибирской нефтью Антон Силуанов, которому так нравится, что в каждом ведре нефти имеется ложечка для российского государственного бюджета. А после 10 апреля 2020 года ситуация перестала нравиться и нашим нефтяным компаниям: в условиях действия соглашения ОПЕК+ по сокращению нефти каждая копейка стала на счету, каждый километр, пройденный добытой нефтью в железнодорожной цистерне, режет прибыль. Мало того, что из Сибири ближе азиатский рынок – с начала 2020 года Китай стал наращивать объемы закупок российской нефти в ущерб поставкам из Саудовской Аравии.
Так что, если объективно, поставки азербайджанской, саудовской, американской нефти в Белоруссию – это тщательное соблюдение Александром Лукашенко интересов именно России. Его закупки нефти у третьих сторон – это дополнительная прибыль нашим нефтяным компаниям, это выплаченные в наш государственный бюджет экспортные пошлины. Кроме того, за всеми этими «громкими скандалами» с Белоруссией, которая коварно покупает нефть лёгких сортов не у России, а у других стран, почти незаметно прошла новость «тихая», но куда как более масштабная, чем эти 180 тысяч тонн нефти через Клайпеду: Россия и Белоруссия согласовали поставки нефти на третий квартал в объеме 5,8 млн тонн. Что называется – почувствуйте разницу, и заодно задумайтесь, для чьих ушей разворачивается «скандал» с пресловутым «отказом от российской нефти». Присмотритесь внимательнее, как выглядят маршруты танкеров с американской нефтью: доставив Bakken в Клайпеду и разгрузившись, они тут же разворачиваются в сторону Усть-Луги или Приморска, чтобы загрузить Urals на обратный рейс. Это тоже работа Белоруссии на экономические интересы России – чуть дешевле фрахт, чуть больше прибыль за Urals, без которого американские НПЗ работать не хотят, да и не могут. Да, в масштабах России эту помощь со стороны республики, которая всё так же остается братской, эта помощь не велика, но во времена глобального кризиса на мировом рынке нефти и она весьма и весьма кстати. Мелочь, но приятно, а принцип действий остается вполне традиционным: слова -отдельно, дела - отдельно.

«Балтийское единство» - быль прошлого тысячелетия
Ещё один нюанс, связанный с морскими поставками нефти для Белоруссии – то, что используется именно порт Клайпеды, именно Литвы. Традиционный взгляд на отношения между собой прибалтийских республик затесался в обиход со времен пресловутой «песенной революции» конца 80-х - начала 90-х прошлого века. Но, если для нас это события прошлого века, то для самих прибалтов это относится вообще к прошлому тысячелетию. Невероятная древность, относятся к ней приблизительно так же, как дохристианским традициям: в памятную дату собраться всем племенем, чтобы посмотреть и послушать, как шаман кружится в темпераментной пляске и гремит в бубен и выкрикивает малопонятные слова. В XXI веке, конечно, это уже не так экзотично – место шамана облюбовали прибалтийские политики, но суть от этого не меняется: ну, было когда-то что-то, к современности это уже никакого отношения не имеет.
В 2009 году в Риге политики Литвы, Латвии и Эстонии подписали тройственный пакт о своих намерениях в энергетической отрасли. Евросоюз на тот момент только-только эмоционально приходил в себя после того, как осенью 2008 года премьер-министр Владимир Путин официально уведомил Еврокомиссию о выходе России из Энергетической хартии Европы и договора к ней. Россия взяла да и отказалась от предоставления европейским компаниям равных прав с российскими на ведение геолого-разведывательных работ и на добычу углеводородов на нашей территории, отказался предоставлять европейским демократизаторам свободный доступ к трубопроводным магистралям. Впопыхах приняв Третий энергопакет и Директиву о ВИЭ, евробюрократы строили планы, каким же это именно образом посущественнее наказать Россию за такую дерзость, и в этот момент прибалтийские политики решили выступить своеобразными «застрельщиками».
Именно тогда, более 10 лет тому назад, они сгенерировали гениальную идею своего выхода из состава энергетического кольца БРЭЛЛ (Белоруссия – Россия – Эстония – Латвия – Литва). К огромному огорчению всего творческого коллектива аналитического онлайн-журнала Геоэнергетика.ru, именно в таком виде эта творческая инициатива продолжает звучать со страниц многочисленных СМИ, её обсуждают две пятилетки обсуждают комментаторы и даже эксперты. Уважаемые дамы и джентльмены – выйти это только полдела, идею нужно проговаривать до ее логического завершения: «Выйти из БРЭЛЛ для того, чтобы…» А что «чтобы»?  Есть невероятно нелепый вариант продолжения: «чтобы войти в европейскую энергетическую систему». Но как можно войти в туда, чего вообще не существует? Нет никакой «европейской энергетической системы» - на территории Европы объединенных энергетических систем насчитывается пять штук.  Отбросим экзотику вроде объединённых энергосистем Великобритании и Ирландии, важнее две самые крупные из них: NORDELL, в которую входят страны Скандинавии и восточная, островная часть Дании и UCTE, энергосистема Центральной Европы и материковой части Дании. Евросоюз с двумя энергосистемами Дании десятки лет справиться не может, а вот для Прибалтики расстарается – так, что ли? ЕС поступил очень «изящно»: «подарил» прибалтам «новую объединенную энергосистему», назвав ее BALTSO. Красивое название, правда? То, что эта BALTSO физически является просто частью БРЭЛЛ, уже никого в Европе не интересует: «Видим, что ерунда полная, но ведь написано!». Эта самая BALTSO Евросоюзу нужна только для одного – для обеспечения возможности перетоков электроэнергии между NORDELL и UCТE, и это, собственно говоря, уже сделано. Работают два морских кабеля между Эстоний и Финляндией, то есть между BALTSO и NORDELL, имеется морской кабель между Литвой и Швецией – это тоже связь между BALTSO NORDELL. Перетоки осуществляются благодаря построенным в Финляндии и в Швеции вставкам постоянного тока (ВПТ). У любых энергосистем, работающих на переменном токе, есть целый ряд характеристик – не только частота, но еще и активная и реактивная мощность, гармоники второго порядка и так далее. Полная синхронизация двух соседних энергосистем – огромная и чрезвычайно затратная работа, без которой можно обойтись за счет ВПТ. Самое просто описание этого замечательно изобретения, пожалуй, вот такое. «Чёрный ящик», в который поступает электроэнергия из энергосистемы № 1, внутри «чёрного ящика» электрический ток превращают в постоянный, придают ему все характеристики энергосистемы № 2 и отправляют по назначенному маршруту. Ровно так же – для перетоков в обратном направлении. ЛЭП (линия электропередач) между Литвой и Польшей – это связь BALTSO с UCTE и это ВПТ на территории Польши. Задача уже решена, будет ли ЕС масштабировать этот результат в посткоронавирусное время – посмотрим. Да, при всей простоте описания ВПТ – штука чрезвычайно сложная и дорогая. Напомним, что за первые 24 месяца работы энергокабеля Швеция – Литва ВПТ выходила из строя 20 раз, и это при том, что ВПТ была спроектирована и построена не самой последней в мире электроэнергетики компанией, шведской АВВ. Окупается ВПТ при двух условиях -при безаварийной работе и при перетоках не менее 1 млрд кВт*часов в год.

«Тройственный пакт», поведение Литвы и её экзекуция соседями
В 2009 году всё, что имелось у Прибалтики по связям с энергосистемами Европы – финско-эстонские кабели. Именно в 2009 году Таллин, Рига и Вильнюс договорились о том, что два соединения получит Литва, а для Латвии предусматривалось строительство регазификационного терминала под прием СПГ – на побережье рядом с единственным в регионе подземных хранилищем газа «Инчукалнс». Треё сестрам по серьгам – какие бы мы с вами чувства по поводу «идеологии» прибалтийских политиков ни испытывали, тройственный договор имел очень стройную внутреннюю логику. «Инчукалнс» - опорная база для северо-западного региона ЕСГ СССР, Единой системы газоснабжения, от него трубы «разбегаются» во все три республики, то есть инвестировать пришлось бы, помимо самого регазификационного терминала, только в 50-60 км трассу от побережья до ПХГ. В 2014 году Литва в одностороннем порядке послала и этот договор, и Латвию с Эстонией в дальний путь – Даля Грибаускайте приняла решение об аренде регазификационного судна Indenpendence, которое и трудится с той поры в порту Клайпеды, старательно вычищая бюджет Литвы от явно плохо лежащих в нём евро.
Реакция Латвии и Эстонии была исключительно мягкой и дружелюбной: для начала они отказались финансировать строительство магистрали от Клайпеды до «Инчукалнса» (она в проекте ЕСГ СССР не была предусмотрена), после чего проект перестал быть региональным по критериям Еврокомиссии, из-за чего Литва не получила софинансирование из бюджета ЕС. Бюджету Литвы новый газопровод обошелся в 64 млн евро – при масштабах её могучей экономики этот «укол» от северных соседей был весьма чувствительным. Следующий шаг – Литве разрешили хранение регазифицированного СПГ в «Инчукалнсе» на общих, коммерческих основаниях, при этом ни Латвия, ни Эстония добытый Литвой газ покупать и не думали: «молекулы свободы» в нём, конечно, были, но, знаете ли, дороговато. В это же время Латвия подала жалобу в ЕС на Литву по поводу того, что та в одностороннем порядке демонтировала железную дорогу от Мажейкяйского НПЗ до Вентспилса, и Литве пришлось за собственные деньги ее полностью восстановить – процедура стоила 9 млн евро на само восстановление и еще 27,9 млн евро в виде штрафа за самоуправство. Осенью 2019 года были завершены все проверки нового морского газопровода Baltic Interconnector – через Финский залив от Финляндии до Эстонии, эксплуатация начата с 1 января 2020 года. 75% инвестиций в строительство пришли из бюджета ЕС, в результате Финляндия впервые в своей истории получила прямой доступ к ПХГ – разумеется, к «Инчукалнсу» и, разумеется, за счёт все тех же «советских» труб по территории Эстонии и Латвии. И в тот же день, 1 января 2020 года, в ЕС начал функционировать новый региональный газовый рынок в составе Финляндии, Эстонии и Латвии. Литву пригласить «забыли», в ответ на прямой запрос из Вильнюса были выставлены такие финансовые условия, что Литва внезапно поняла, что ей этот проект пока не интересен, она готова подождать до лучших времен. Годовая ёмкость нового регионального газового рынка – от 5 до 8 млрд кубометров, в зависимости от зимней погоды, у Газпрома появился «новый» покупатель, который на фоне Литвы с ее 1,5 млрд кубометров в год смотрится просто «гигантом». Соответственно, вопрос о том, какой из этих двух рынков успешнее сможет бороться за льготы от Газпрома, даже не стоит.

Клайпеда, Вентспилс и нефтяные трубы
Для чего мы всё это столь тщательно расписываем? С совершенно утилитарной целью: перспективы возможного экспорта своей «атомной» электроэнергии Белоруссия имеет возможность связывать не с «Прибалтикой вообще», а с Литвой – отдельно, с Латвией и Эстонией – отдельно, унифицированной позиции от этих трёх стран нет и не предвидится.
С февраля 2020 года Белоруссия получает нефть исключительно через литовскую Клайпеду, и тут – сразу два момента. То, что российские транзитные грузы бегут из прибалтийских портов – известно, совершенно очевидно, что падение грузооборота в портах автоматически вызывает рецессию на прибалтийских железных дорогах. Для России и Белоруссии 180 тысяч тонн нефти в месяц – слону дробина, а вот для Литвы это: 50 железнодорожных составов в месяц, оплата перевалки нефти в Клайпедском порту, оплата временного хранения нефти (между перевалкой из емкостей танкеров до погрузки в железнодорожные цистерны). Для Литвы это очень серьёзно, это шаг в сторону от депрессии. Но есть ещё одна маленькая деталь. 3 апреля 2020 года был запланирован государственный визит президента Белоруссии Александра Лукашенко в Латвию, перенесенный из-за пандемии COVID-19. 30 июня 2020 года Лукашенко поздравил президента Латвии Эгилса Левитса и заодно подтвердил свое намерение посетить Ригу до конца года. Не Вильнюс, а Ригу. Обеспечивая работой Клайпедский порт и литовскую железную дорогу, Белоруссия явным образом рассчитывала на встречное движение со стороны официального Вильнюса, однако истерика Литвы против строительства БелАЭС всё так же не прекращается ни на секунду. А в Риге уже проведены предварительные подсчёты, какие инвестиции может потребовать восстановление магистрального нефтепровода от Новополоцкого НПЗ (нынешнее название – «Нафтан») в Белоруссии до нефтеналивного порта Вентспилс, через который некогда проходило 16 -17 млн тонн нефти в год, но по направлению именно из Новополоцка в Вентспилс. («Полоцк – Вентспилс» был составной частью «Дружбы») А считали проект с обратным направлением – от порта к НПЗ, с восстановлением не работающей с 2002 году самой трубы и строительством новой насосной станции. Если объём закупок Белоруссией нефти легких сортов зафиксируется на достигнутом на сегодня уровне, то речь идёт о 6 млн тонн в год – в этом случае инвестиции составят 100-120 млн евро. Расчёты провела латвийская нефтетранспортная компания с очень сложным латышским названием LatRosTrans, 34% акций которой принадлежат ОАО «Акционерная компания трубопроводного транспорта нефтепродуктов «Транснефтепродукт», на 100% дочерней компании Транснефти.
И нет ни малейшего сомнения, что Лукашенко эти расчёты нравятся, что они обязательно станут одним из предметов его предстоящих переговоров в Риге – уж очень цифры симпатичные. Симпатичны они тем, что при распределении инвестиций в этот проект 50 на 50 Белоруссия заплатит ровно 0 (ноль) евро, столько же долларов и еще столько же – белорусских рублей. В 2010 году LatRosTrans приняла решение слить технологическую нефть из трубопровода «Полоцк – Вентспилс», объяснив это туманными «экологическими соображениями», и действительно слила. На тот момент нефти там было около 150 тысяч тонн и стоила она примерно 50 млн евро. Белорусская сторона, «Полоцктранснефть «Дружба»» такому решению несказанно удивилась и немедленно подала иск против LatRosTrans. Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается – выиграть суд белорусская компания смогла только в 2018 году, пройдя через несколько судебных инстанций. Только после того, как в тяжбу активно вмешался МИД Белоруссии, Сенат Верховного суда Латвии отправил иск на повторное рассмотрение, и 14 августа 2018 года окружной суд Латгалии поставил точку в этом деле – LatRosTrans обязан перечислить «Полоцктранснефти «Дружба» 66,8 млн евро. LatRosTrans, само собой, тут же подал жалобу, однако долгосрочный договор об организации поставок нефти из Вентспилса в Полоцк может стать компромиссным вариантом, который устроит и латвийскую, и белорусскую стороны.
Почему? Потому что БелАЭС и потому что БРЭЛЛ. БелАЭС – на последних этапах перед запуском первого энергоблока. А в реализованной схеме БРЭЛЛ не было и нет ЛЭП, соединяющей Белоруссию с Латвией – ну, вот не предусмотрели ее разработчики в начале 70-х годов прошлого века, что в 1991 году на месте Белорусской, Литовской и Латвийской ССР возникнут независимые государства, что между ними пролягут границы и состоятся прочие чудеса. К примеру, такое, как необходимость подписывать межгосударственные торговые соглашения с соответствующими пунктами о том, что и электроэнергией стороны соглашения тоже намерены торговать.
Очевидно, что это уже материал для следующей статьи, а в качестве анонса напомним ещё одну совершенно не секретную информацию: Россия имеет межправительственные соглашения о взаимной торговле электроэнергией с Литвой, с Белоруссией и с Финляндией, а вот с Латвией и с Эстонией таких соглашений нет. Да и не настаивает Россия на подписании таких соглашений – она ведь межгосударственный кредит под строительство БелАЭС выдала, а тут ещё Еврокомиссия в 2019 году настояла на закрытии самых старых энергоблоков Нарвских ГРЭС в Эстонии, и эта страна в одночасье лишилась 25% своей электрогенерации, в то время как ВПТ в Выборге успешно работает с 1999 года. Вот обо всех этих «незаметных мелочах», как и новых электростанциях в Калининградской области – в следующий раз. 

Начало здесь:
Источник:

Subscribe

  • Сладкое голосование

    Денис Тукмаков На выборах в Госдуму несистемная оппозиция сделала ставку на «Умное голосование», убедив себя, что его-то и боится…

  • Будут ли блогеры править миром?

    Сергей Правосудов Прочитал книгу Дмитрия Давыдова «Посткапитализм и рождение персоналиата». Автор доказывает, что в скором времени…

  • Слон ослу - не альтернатива!

    Андрей Казачкин Я пожалуй соглашусь с Трампом, в том, что так или иначе сие способно раздробить США. Но и сам Трамп не видит главного. Трам не…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments